Анна Арнольдовна Антоновская. Город мелодичных колокольчиков -
98 >
читать не только коран, но и те книги, которые лежат вот тут, на верхней
полке, учил переписывать не только коран, но и сказания, тихо напевать
звучные песни, учил соединять и разъединять числа. Потом сам читал ему
"Тысячу и одну ночь", учил любоваться антиками, красивыми садами,
освещенными солнцем или луной, учил радоваться приливу и отливу Босфора,
находить радости в познании истины, а он всем откровениям предпочитает
мизерную халву! Это ли не насмешка?
- А мне, ага Халил, сразу понравился его благородный разговор, и вид
его приятен, - сказал Ростом.
- И передо мной он таким предстал, - заметил Дато.
- Не удостаиваете ли меня утешением? Или правда, - Халил с надеждой
оглядел "барсов", - заметили в нем отражение солнца?
- Еще как заметили! - с жаром проговорил Матарс. - Недаром за сына
приняли.
- Видит пророк, почти сын. Давно было, прибегает сюда жена чувячника,
что раньше за углом моего дома в лачуге жила, и плачет: "Ага Халил, возьми
моего сына в лавку прислужником. Трое у меня. (Потом еще двоих успела
родить, пока не случилось то, что должно было случиться). И ни одному кушать
нечего". "Как так нечего? - удивился я. - Разве твой муж не зарабатывает?" А
она еще громче плачет: "Кушать должны пятеро, а проклятый аллахом хозяин за
одного платит и все грозит выгнать". - "А сколько лет твоему сыну?" Женщина
заколебалась, затем твердо сказала: "Больше семи". Тут я неосторожно
подумал: права женщина, прислужник мне нужен; хватит беспокоить старую Айшу,
- дома работы много, и еще сюда спешит: воду принести, цветы напоить, ковер
вычистить, порог полить. "Хорошо, говорю, приведи сына, о плате потом
сговоримся". - "Какая плата, ага? Корми хоть раз в день и... может, старые
шаровары дашь? - просияв, сказала и убежала, а через час привела. Долго с
изумлением смотрел я на... Нет, это был не мальчик, а его тень. Лишь грязные
лохмотья, спутанные волосы, голова в паршах, желтое лицо убеждали, что он