Анна Арнольдовна Антоновская. Город мелодичных колокольчиков -
9 >
Георгий! Пусть придворные паши окажут Непобедимому почести. Блеск империи
османов должен быть ярче, чем блеск звезды над Босфором. Он, Мурад, подымает
выше этих звезд Санджак-и-шериф. Пусть слепо выполнит верховный везир
Хозрев-паша все задуманное султаном. Черное море будет искриться, как
драгоценный камень, в турецких берегах! В этом поможет ему, "падишаху
вселенной", меч Георгия Саакадзе.
"Ворота Турции широко открыты для Великого Моурави!"
В Мозаичном дворце суматоха, обычная для путников, располагающихся во
множестве од, назначение которых им еще не совсем ясно. Тут вдоль стен
тянутся зеленые низкие диваны, там ряды черных столиков с перламутровой
инкрустацией, на которых прыгают металлические птички, рядом из пасти белой
рыбы почему-то бьет фонтан, здесь причудливые ковры, образующие цветники с
присущим им благоуханием, тут обезьянка в красных шароварчиках гоняет
серебряное колесо. Все рассчитано на восхищение прибывших. Но они не
восхищаются.
Слуги-грузины торопятся. Хурджини, перенесенные в боковой переход, уже
наполовину распакованы. Эрасти озабоченно осматривает шашки, кинжалы,
распределяя их по десяткам. Дареджан следит, как слуги-грузины достают
глиняные кувшины работы горийских амкаров, любимую утварь, самотканые шали,
сохранившие запах садов, повисших над Курой, - там, в далеком Тбилиси.
В "зале приветствий", разделенном мавританской аркой, установлено
большое кресло. В его линиях и резьбе отзвук строгих гор Картли и колонн
храмов далекой Индии. Над креслом Эрасти прибит щит с изображением барса,
потрясающего копьем.
Решили число слуг не увеличивать, чтобы не оказалось среди них чужих, у
которых можно угрозой выведать тайну. Какую? Там, где Моурави, всегда
найдется тайна. Потому в квартале Фанар подыскали восемь пожилых гречанок,
которые каждый месяц будут являться на пять дней для стирки, уборки и чистки
риса. Всю остальную работу Дареджан поручила десяти комнатным слугам. Это