Анна Арнольдовна Антоновская. Город мелодичных колокольчиков -
86 >
бутылку замороженного шампанского, бисквит и фужеры. Эта пауза понадобилась
де Сези для обдумывания того, что было сказано и что надо было сказать.
Саакадзе произвел на него большее впечатление, чем он предполагал. В этом
герое сочетался дух мифического Кавказа и реального царства Грузии. Этот
природный воин способен нанести поражение шаху Аббасу, в котором так
нуждается султан. Поверив в возможность победы, Мурад пренебрежет другими
возможностями, более призрачными, на Западе, и не преминет отказать в помощи
против Габсбургов королю шведов Густаву-Адольфу, к которому так благоволит
этот хитрец, патриарх Кирилл. Обо всем этом и словом нельзя проговориться
грузину. Он и в безобидной ракушке тотчас разгадывает потайной смысл
политического разговора.
Димитрий, отпив шампанского, передернулся:
- Сладкий уксус! Полторы змеи им на закуску!
Де Сези снисходительно улыбнулся и спросил, чем недоволен рыцарь гор?
Ростом не совсем точно перевел с грузинского пожелание Димитрия, и
переводчик констатировал, что вино славной Шампани показалось грузину нежнее
поцелуя гурии, на который он рассчитывает в далеком будущем. Сам же Ростом с
удовольствием отпивал размеренными глотками искрящийся напиток и советовал
Дато не пренебрегать странным угощением. Чокнувшись с де Сези, Моурави
залпом осушил фужер за здоровье посла короля франков, направляющего его
политику в верную сторону. Поражение шаха Аббаса укрепит Стамбул на двух
рубежах: восточном и западном.
- Почему так торопится с войной посол? - поинтересовался Дато, сохраняя
невозмутимый вид. - Не потому ли, что шах Аббас мешает французской торговле?
- Вы на пути к истине! Моему королю нужно поражение шаха Аббаса. Дружба
России и Ирана не нравится его величеству. И потому: "Цетэрум цензэо,
Картагинэм дэлендам эссэ!*, то есть: "В остальном полагаю, что Карфаген
должен быть разрушен!" Но, насколько я понимаю, для этого Непобедимому надо