Изба-Читальня

41 >

Георгия медленно пересекало азиатские пашалыки и  подходило к рубежам Южного
Кавказа, - но намного ближе к Картли. Будто глазами вижу, Дато: вот Ардаган,
Сарыкамыш,  Карс.  Леса,  ущелья, нагромождение камней... Да, надо все верно
взвесить.


ГЛАВА ТРЕТЬЯ

     Пятница следует за  пятницей.  Все  больше пашей  и  беков в  Мозаичном
дворце.   Нет  здесь  только  иезуитов,   по  одной  причине,   а  греческой
аристократии и  греческого духовенства -  по  другой.  Они  не  приглашаются
Георгием Саакадзе... Так умнее.
     Арзан-Махмет  разделил свою  волнистую бороду  надвое,  -  признак  его
хорошего расположения.  Он  опасался,  что патриарх "райи",  Кирилл Лукарис,
тесно связанный с Московским государством, постарается использовать Саакадзе
в угодном ему направлении, - этого, аллах, не случилось.
     До конца пира далеко,  но Арзан-Махмет спешит в  Сераль.  Он хлопает по
плечу  начальника белых  евнухов,  пробегающего мимо,  и  тот,  бессмысленно
ухмыляясь,  не  может  найти  причину  такой  предельной милости султанского
казначея и третьего советника Дивана.
     Поджав  под  себя  ноги  на  троне,  султан  внимательно слушает  низко
склонившегося перед ним Арзан-Махмета.  Если Саакадзе бесповоротно охладел к
кресту,  он обратит свой взор к  полумесяцу.  Приняв ислам,  он будет предан
Стамбулу. Значит, Картли может оказаться под благотворным влиянием султана.
     Сейчас  Арзан-Махмет подтверждает предположение "властелина вселенной".
А  вчера об этом говорил и Хозрев-паша,  но,  пророк свидетель,  без особого
жара.   Султан,  конечно,  и  не  подозревает,  что  Саакадзе  всеми  своими
действиями умышленно подчеркивает свое тяготение к корану.
     - Что еще узнал ты о Непобедимом,  Арзан?  - с высоты трона вяло роняет
султан.
     Отвесив три  поклона,  советник Дивана  угодливо описывает Моурав-бека,
который проник в арабскую мудрость и суннитскую сущность и поэтому остроумно
высмеивает слабость шиитов и их царство на зыбком песке:  налетит ураган - и

Следующая

41 >