Анна Арнольдовна Антоновская. Город мелодичных колокольчиков -
29 >
приготовления Оттоманской империи, дабы с наступлением весны без промедления
ринуться на шаха Аббаса. Кровожадный "лев" вновь нарушил торжественный
ферман соглашения Ирана на мир с Турцией. Битва за Багдад и Диарбекир еще не
кончена. Военные пути султана пролегали на Восток.
Селиман-паша мысленно обдумывал, как опишет он верховному везиру свое
впечатление о полководце грузин. Сейчас, как никогда, "падишаху вселенной"
нужен именно этот полководец, глубоко познавший слабые и сильные стороны
Ирана.
Восторгаясь красотами Стамбула, Саакадзе охотно поддерживал разговор.
Он говорил об индусских храмах и пустынях Луристана, о лагунах Колхиды и
суровых хребтах Афганистана. Говорил о неотразимом красавце Рустеме,
покорителе женских сердец, и о Карагезе - "Лысом великане", силаче и
хитреце, атлете и герое, ловком пройдохе и похотливом плуте. Говорил о
сине-белом фарфоре, привозимом на верблюдах из "Небесной империи", далекой
страны Чин-Мачин, об удивительном даре хевсуров распознавать язык зверей,
птиц и цветов. Не говорил он только о войске и войнах.
Селиман-паша мысленно одобрил такой удачный ход Моурав-бека: "Но не
дешево обойдется Стамбулу меч Непобедимого! Конечно, золото султана не жаль,
- жаль, что попадет оно не в кисет каймакама".
У ног Селимана-паши что-то звякнуло, он вздрогнул. Из-за ковра
проказливо выглядывала обезьянка...
И снова настойчив Саакадзе, снова хмурится Русудан.
- Мой Георгий, разве неведомо тебе, что без подарков нельзя посещать
гаремы? А где мы возьмем столько, сколько нужно для алчных жен везиров,
пашей, да еще и для их многочисленных родных?
Бегут слуги по разным комнатам, сзывая на совет. Спешат "барсы",
собираются женщины. Все не на шутку встревожены. И если бы не Гиви, мрачное
совещание прошло бы без единого проблеска.
- Дорогой Георгий, - вздохнул Ростом, - без подарков нельзя!
Приветствие жены Великого Моурави будет напоминать удар молота по пустой