Анна Арнольдовна Антоновская. Город мелодичных колокольчиков -
11 >
слишком огорчались. Одинаково опасно.
Опустив голову, Русудан слушала своего непоколебимого Георгия. Еще не
успели приехать, а уже надо осторожно о ком-то узнать, перед кем-то
склоняться, одного не допускать, других приблизить.
- Дорогая, - успокаивал Саакадзе, - таков закон жизни. Ни один охотник
сразу не пойдет на зверя. Необходимо для удачи раньше изучить его характер,
привычки. Мы здесь как в лесу. Вдруг буду любезен с пашою, не любимым
султаном, или, наоборот, холоден с его любимцем. Все надо делать в угоду
"падишаху вселенной", ибо от него зависит наше возвращение в Картли. Но если
я спрошу одного пашу о другом, тот сразу насторожится. Подкупать немедля
тоже неразумно, раньше следует узнать - кого первого.
- Я, мой Георгий, все поняла, кроме одного: почему не поручишь
некоторые дела Дато или Ростому? Тоже умеют ловко проникать в любую душу.
Или, может, жен пашей мне посетить?
- Разве осмелился бы, моя прекрасная Русудан, беспокоить тебя
пустяками? В более крупном должна помочь мне... патриарха вселенского
посетишь.
- Уж не шутишь ли, мой Георгий?!
- Нет! Еще никогда так серьезно не нуждался в твоей помощи. Не
тревожься, раньше пойдет Ростом и попросит патриарха Кирилла Лукариса
благословить тебя, Хорешани и Дареджан. Передашь дары. В остальном учить
тебя не приходится.
Ночь казалась Русудан нескончаемой, назойливой. Блики решетчатого
фонаря падали на холодные плиты и зловеще свивались в цепи. И подушки были
жаркие, рассеивающие дрему. Нетерпеливо прислушивалась Русудан к шорохам и,
едва порозовел небосклон, стала торопить женщин.
Потягиваясь спросонок, Хорешани силилась сдержать зевоту. Прозрачная
рубашка сползла с округлого плеча на пополневшую грудь, а кожа по-прежнему
отливала розовым бархатом.
- О, о, еще ведь рано, - поморщилась она, - отправимся после обедни.
- Выедем сейчас, дорогая, что-то душно в комнатах, - тормошила Русудан