Анна Арнольдовна Антоновская. Время освежающего дождя -
18 >
- От хвалы католикос живых хоронить начал... - шепнул Липарит князю
Газнели.
Но старик, сдвинув густые, словно посеребренные брови, негодующе
отмахнулся:
- Святой отец, прими мою сыновнюю покорность!
Тихо открылись двери. Послушники внесли зажженные светильники. На
темных ликах ангелов заиграли блики. У стены продолжали неподвижно стоять
церковные азнауры.
Вперед выступил Цицишвили, он заверял честью меча своего, что князья
всегда верны клятве, но юный Кайхосро не искушен в делах царства. Он не в
силах укрепить размытые кровавым ливнем стены замков - столпов Картли, не в
силах воплотить в жизнь чаяния князей. Кайхосро благороден, но слишком юн.
- Юн? - удивился Моурави. - А разве Давид Строитель не взошел на
престол шестнадцати лет? И разве при нем не укрепился костяк царства? А
разве тяжелое бремя венца не легло на нежные плечи юной Тамар? И не она ли
довела до ослепительного блеска Грузию? А русийский царь, ныне царствующий,
благословенный Михаил, шестнадцати лет возведен благоразумными боярами на
высокий престол Русии!.. Что?.. За него правит патриарх Филарет милостивый?
Но и Картли не обеднела разумными мужами.
Князья тревожно посмотрели на католикоса, на властное лицо Саакадзе...
Кто из двух будет Филаретом?
Скрытое недовольство возмутило Шалву Ксанского:
- Разве мы не поклялись подчиниться воле владыки?
Католикос властно стукнул жезлом:
- Великое и тяжелое дело лежит на вас. Из любви к Христу поразмыслите
до восхода небесного светила обо всем здесь сказанном. Да осенит вас
разумною мыслью творец. Вы - поборники царства, и за вами - решающее слово.
Осенив крестным знамением палату, католикос вышел. За ним почтительно
последовал Саакадзе.
В белой квадратной башне Метехи, после короткого отдыха и торопливой
еды, собрались князья. Они безучастным взором скользили по царской
затейливой утвари, сверкающей в глубине ниш, не чувствовали под ногами