Алексей Чапыгин. Разин Степан -
15 >
рука с саблей опустилась на стол. Дубовый стол, разрубленный вдоль, зашатался и крякнул, доска распалась от удара - сабля глубоко врубилась в прочный дубовый столешник. От треска, стука и звона посуды, брызнувшей искрами со стола, проснулась пьяная женщина, приподнялась на постели, спросила: - Дедко, где звонят?.. Испуганный юродивый, привыкший к шуткам, не мог не пошутить, ответил: - У Спаса, Ириньица! По полу валялись огарки сальных свечей и дымили; колеблясь, светили только лампадки у образов. Притопнув ногой, казак с размаху воткнул саблю в стену; сабля, сверкая, закачалась. Сам он сел на скамью, тер лоб и ерошил кудри. Старик выполз из-под стола, собирал огарки свечей, битую посуду, яндовы и чаши. Сдвинув разрубленную доску, расставил посуду; заглянул в кувшин с медом, устоявший и целый: - Оно еще есть, чем кружить голову и сердце бесить... - и робко сказал гостю: - Я, гостюшко, такие песни не мочен играть... Гость сидел, свесив голову, рвал с себя одежду, бросал на пол. Старик осторожно, как к хищному зверю, подполз, стащил с гостя тяжелые сапоги, приговаривая: - Водки, вишь, на радостях глупая жонка добыла с зельем табашным... Бьет та водка в человеке память. Казак встал тяжелый, глаза потухли, а рот на молодом лице кривился, и зубы скрипели. Старик быстро исчез с дороги. Казак прошел и рухнул на кровать. Юродивый прислушался. Казак, приказывая кому-то во сне, Громко засвистал: - Пала молонья, гром прогрянул... Старик нашарил дверь из горницы, но скоро вернулся, и его валеные тупоносые уляди [полуваленки с разрезом спереди и со шнурками] прошамкали в прежний угол; он сел допивать уцелевший мед. - Эх, молодец-молодой, грозен! Да не тот жив, кто по железу ходит, а тот, вишь ты, жив, кто железо носит... Из веков так. 4 Сумеречно и рано. Перед Кремлем в рядах идет торг. Стоят воза со всякими товарами. Площадной дьяк с двумя стрельцами ходит между возов в