Дмитрий Михайлович Балашов. Похвала Сергию -
26 >
"никто же большей жертвы не имет, аще отдавый душу за други своя"? Что, -
скажем уж до конца, - без этого высокого чувства, без этой готовности отдать
себя за других человеческое общество попросту не может существовать, что
когда тот или иной человеческий коллектив пронизают идеи своекорыстия,
эгоизма, жестокости и насилия, человеческое общество, побежденное ими, скоро
гибнет, как бы устроено и могущественно оно ни было. И, - в этом смысле, по
крайней мере, - мы можем говорить даже и теперь, и с точки зрения нашего
атеистического и материалистического воспитания, что жертвенный подвиг
Христа, в пору крушения античного мира, спас человечество от гибели, указав
новые идеалы новой жертвенности, новой самоотдачи "за други своя", взамен
утраченных античных, и тем самым позволил утерявшему цель и смысл
существования обществу вновь обрести для себя и цель, и смысл, и веру,
вырастив в недрах умирающего античного мира новые живые побеги юной
культуры, охватившей вскоре все Средиземноморье и половину Европы и
получившей со временем название культуры христианской.
Скромный обряд, трапеза верных, вспоминающих учителя своего, с течением
веков превратился в пышное богослужение, литургию, или, по-русски, обедню
(название "обедня" указывает на обычное время совершения ее - до обеда).
Явились строгие правила, чтение Апостола и Евангелия, кондаков и тропарей,
стройное пение антифонов и молитвословий украсили древний обряд. В
напряжении духовного творчества первых веков христианства сами собою
слагались все более сложные формы литургического действа. Виднейшие отцы
церкви, Иоанн Златоуст и Василий Великий, оставили нам свои каноны литургий,
ставшие основою православного богослужения. Само литургическое действо
обозначало теперь как бы сразу и рождение, и крестную смерть агнца - Христа.
Отправлять литургию получил право только пресвитер, священник. (Дьякон уже
не имеет права совершать литургию.) Приготовление символической трапезы -