Дмитрий Михайлович Балашов. Похвала Сергию -
12 >
Ростовский дом, до смерти своей в 1217 году, вела вдова Василька, Мария
Михайловна, дочь замученного черниговского князя. Изящная, подсушенная
временем, "вожеватая", с древнею родословной, еще более породистая, чем
Марина Ольговна, гордая мученическим ореолом отца (а был Михаил при жизни и
лих, и нравен, и тяжек зело!). Все силы потратила она, чтобы поддерживать
внешнее благолепие и блеск ростовского княжеского дома. А сын, Борис
Василькович, мягкий, изящный и слабый духом, навек испуганный убийством деда
в Орде, на то только и годился, чтобы радушно и хлебосольно принимать
знатных гостей. Второй сын, Глеб, был посажен на Белоозере. Оба умерли, не
свершив ничего значительного и оставив внуков-двоюродников: Дмитрия с
Константином, Борисовичей и Михаила Глебовича.
Дмитрий ездил по городу на сером коне, леденя глазами встречных
смердов, и ждал своего часа. Порода сказалась и тут, в безумной и хрупкой
гордости, в презрении к горожанам, к "черной кости", в бессилии,
прикрываемом высокомерием, в трусости, когда доходило до настоящего дела...
Умерла Мария Михайловна, и братья тут же рассорились. Дмитрий Борисович
в 1279 году поотнимал у Михаила Глебовича села "со грехом и неправдой
великою", а в 1281 году пришел черед и Константину бежать и жаловаться на
старшего брата великому князю Дмитрию. Разномыслие, как видно, разъедало и
боярство ростовское. Некому было прекратить свары своих князей, некому
властно призвать к единому, "соборному" делу...
В 1285 году умер, не оставя потомства, углицкий князь Роман. Углич
воротился в Ростовскую волость. И что же? Дмитрий Борисович тотчас затеял
дележ волости по жребию (!) с родным братом Константином, и - по жребию -
потерял Ростов, а потом долго и трудно возвращал его себе. Словно бы сам
хлопотал о скорейшем умалении древнего ростовского дома!
В этих дележах, переделах и спорах, во взаимной грызне да в метаниях
между двумя сыновьями Александра Невского, тягавшимися о великом столе,