Юрий Владимирович Давыдов. Капитан Юнкер, будь он проклят... -
13 >
Яковлевич не веселый стук топоров вспомнил, а как тяжко, как изнурительно
было в душных чащобах, как обрубали матросы сучья, прокладывали лесосеки,
волокли бревна берегом и мелководьем, заваливали в шлюпки, везли на
корабль...
И все это с половинной командой, потому что другая всегда оставалась на
корабле. "Вот такие-то работы, - заключал Павел Яковлевич, - продолжались
более двух недель, и они-то расстроили здоровье команды".
"Або" совершал медленный мрачный переход к Сингапуру, или, пользуясь
излюбленным выражением сочинителей, "бороздил лазурные воды".
"Бороздили" туго: ветры мешали и течения. Лавируй! А лавировка под
парусами - это, знаете ли, не лавировка под парами. Офицеры работали вровень
с матросами. Доктор Исаев, добрая душа, сбивался с ног. Но все чаще
равнодушно всплескивали "лазурные воды" Малаккского пролива, принимая
покойников. Иеромонах творил печальную молитву. Утешал: "Потом мы,
оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках в Сретенье
Господу на воздуху и там всегда с Господом будем".
Сознавал ли свою преступность господин Юнкер? Навряд ли. Имел он в
мыслях легкость необыкновенную. Горевать ли о простолюдине, о нижнем чине?
Велика матушка Россия, новым рекрутам обреют лбы, не оскудеет государева
служба.
Как на Никобарских островах, как в Малаккском проливе, так и в
Сингапуре еще ни разу не видели андреевский флаг. Увидел и июньским полднем
1841 года, Увидели и на берегу и на рейде, где толпилась пестрая публика:
европейцы и малайцы, китайцы и индусы. А на транспорте впору было б держать
не военный флаг, а госпитальный.
Госпиталь устроили на берегу, в Сингапуре. Доктор Исаев перебрался
вместе с больными в скудный лазарет. Иеромонах тоже.
Моряки, разоренные господином Юнкером, кое-как после долгих
препирательств столковались с торговцами о продовольствии. Больным отдавали