Юрий Владимирович Давыдов. Капитан Юнкер, будь он проклят... -
12 >
своих гостей. Никобарцы - превосходные пловцы и рыбаки. Я никогда не думал,
чтоб человек мог так легко и скоро плавать, так далеко и быстро нырять, и
все это без малейшего усилия, шутя.
Единственное оружие их - копья; луков и стрел я не видел. Дикари
показывали нам опыты своего искусства метать копье: ни один не промахнулся
по кокосовому дереву на расстоянии около тридцати шагов.
Никобарские жители - народ кроткий и миролюбивый и без сильного повода
не возьмется за оружие. Только крайние обиды, как, например, поступки с ними
экипажа английского китолова, вывели их из терпения и побудили к убийству.
Работы наши в лесу продолжались ежедневно до тех пор, пока все
срубленные деревья не были перевезены на судно, где в то же время обделывали
из них стеньги, а на острове Корморте наливались водою и запасались дровами.
Вода здесь нехороша и, конечно, содействует вредному влиянию климата:
она имеет горьковатый, болотистый вкус и, без сомнения, протекая по гнилым
корням и растениям, заимствует от них вредные частицы".
Приметил ли читатель слова, выделенные мною в "Памятной книжке"? Слова
о том, что команде русского корабля впоследствии довелось "на многих
горестных опытах" убедиться в пагубности никобарского климата? Я выделил их
неспроста.
Но прежде краткое дополнение. Оно необходимо. Конечно, климат сказался.
Однако лихорадка и горячка не разгулялись бы настолько, если б так каторжно
не измучили матросов никобарские леса.
Алексей Иваныч напрасно про то умолчал. Песня, веселый стук топоров...
Песни песнями, а вот насчет веселья... Право, не очень-то веселились нижние
чины "Або". Я не прошу верить мне. Есть свидетельство Павла Шкота, он тогда
лейтенантом был*.
* П. Я. Шкот годы спустя состоял адъютантом у адмирала Нахимова, был
дважды контужен во время Севастопольской обороны: на Камчатском редуте и на
знаменитом Малаховом кургане.
Уже стариком, вице-адмиралом, вспоминая злосчастное путешествие, Павел