Евгений Федоров. Демидовы -
93 >
- Аль худо? Сенька стоял, высокий, смелый; не опустил глаз перед хозяином. - Вот она, наша жизнь, - Сокол шевельнул кандалами, - солнышка нет, хлеба нет, радость забыли; тешит хозяин нас плетьми. Виниус встал, взял Сеньку за плечо. Горщик внимательно смотрел на дьяка. Виниус изумился: - Храбрый очень ты! - Что верно, то верно, - поддакнул Никита. - Видать, не обломали ни тьма, ни кайло. - Демидов потемнел, насупился. Сенька догадался: будет порка. Кержак грузно сидел на земле, с бородатого лица катился едкий пот. Он сумрачно поглядел на Демидова: - Крысы одолели, хозяин. Кота бы сюда... Демидов насупился: - Может, и женку? - Ты, Демидыч, не насмехайся. Я кузнец и вольный человек. В одной слободе с тобой жили. Пошто в железах держишь? - У каждого человека своя стезя, - строго ответил Демидов. - Царю-государю надо руду искать. Так! Дьяк залез в забой, оглядел породу, кайла и долго крутил головой. По штольне, как призраки, мелькали полуголые бородатые рудокопщики; поскрипывали тяжелые тачки... Андрей Виниус пробыл под землей полдня, брал кайло из рабочих рук, разбивал камни и подолгу любовался поблескивающей в изломах рудой. Когда хозяин и дьяк поднялись наверх, синел зимний вечер. Дьяк взял Демидова под руку и сказал: - Ты, Демидыч, умный хозяин, послушай, что я посоветую. Конь тяжелый воз тянет, если его вовремя кормить и беречь. Ты рабочую силу оберегай. И плетей помене. Частая плеть озлобляет человека! - Помилуй, Андрей Андреевич, - развел руками Демидов. - Где это видано, чтобы рабочего человека по голове гладили? Плеть - она, брат, человека в разум вгоняет. Самому мне портки не раз спущали, оттого кость окрепла. Виниус сжал сухие губы и сказал строго: - Царь бьет только за дело!.. В демидовских хоромах зажгли огни: хозяин и гость сидели в горнице с каменными сводами; двери и пол в горнице сделаны из крепкого, томленого дуба; темная мебель тяжела; огни скупы. Массивность вещей была под стать