Евгений Федоров. Демидовы -
70 >
У Сеньки дрожали руки, за спиной шумно дышал кат, переминался с ноги на ногу, скрипели его яловые сапоги. Бог не шел Сеньке на мысли... - Клянись перед образом: о том, что было, - могила... Демидов встал, подошел к Сеньке, схватил за кудри и пригнул к земле: - Ложись, ворог... Кат в куски изрубил Сенькины портки, исполосовал тело. Из носа кабального темной струйкой шла кровь. Сенька впал в беспамятство... По лицу ката ручьем лил пот, он обтер его рукавом и снова стал стегать. Распластанное тело слабо вздрагивало... Избитого Сеньку Сокола отвезли на дальнюю заимку под Серпухов. Много дней за ним ходил знахарь. Велел Демидов передать бывшему своему приказчику: - Поедешь ты. Сокол, на Каменный Пояс. Каторжной работой будешь избывать грех. Пощадил хозяин за золотые руки... Но помни, развяжешь язык - смерть! Знал Сокол, Демидов не шутит. Выслушал наказ, перекрестился: - Не переступлю воли хозяина... Последний расчет свел Демидов со снохой. Увез он Дуньку по делам на лесную заимку и там закрылся. Кругом шумел бор, за стеной хрупали овес кони. Всю дорогу Никита молчал; а в лесу и без того было невыносимо тоскливо. - Батя, отчего ты бирюк бирюком? Демидов широко расставил ноги, от ярости у него перекосило рот, и он стал похож на озлобленного волка. - Блудом род мой опакостила. Жалею сына - пощажу тебя. Знают в миру трое: вы, паскудники, да я. И никто более не узнает. Он сгреб сноху за волосы и повалил на пол. Дунька не ревела под плетью. Отходил батя честно, рьяно. Сердце молодки от боя зашлось. Однако она собрала силы, подползла к свекру, схватила руку и поцеловала: - Спасибо, батя. Суд справедлив. Век не забуду... - Ну, то-то. Однако и сам я виноват, что не услал тебя с Акинфкой. Он ткнул сапогом в дверь, она заскрипела, распахнулась, и хозяин вышел из избушки.По небу плыли озолоченные солнцем легкие белые облака, калюжины на