Евгений Федоров. Наследники -
94 >
приказчики быстро поотнимали их и попрятали в сундуки. - Ну как, по душе, что ли, товар? По рукам, хозяин? - ухмыльнулся Никита. Башкиры подняли крик: - Посулено нам отпустить по красному кафтану, так надо слово держать! - Верно, от своих слов не отрекаюсь, - подтвердил Демидов. - Но того я не сулил, что кафтаны задарма. Где это видано, чтоб свое добро зря кидать? Хочешь, бери, мил-дружок, но рублишки на прилавок клади. Небось за свою землицу отхватили с меня двести пятьдесят ассигнациями. Шутка! Башкирский старец, приблизясь к заводчику, поднял к небу глаза: - Там - аллах! Побойся, бачка, бога, покакает за обиду! Никита положил руку на плечо старика: - Дряхл ты, батюшка, а то я сказал бы словечко... Что аллах? Господь бог не построит завода. В таком деле нужны людишки да рублишки. Берешь, что ли, кафтаны? Приказчик Селезень лукаво усмехнулся в бороду: своей купецкой хваткой Никита Акинфиевич отменно потешал холопов. Башкиры выли от обиды, плевались, а приказчики скалили зубы. Понурив головы, кочевники выбрались из кладовой и побрели по берегу озера. Все родное здесь стало теперь чужим, неприветливым. На башкирской земле прочно вырастал завод. В горах взрывали скалы и камень, везли к озеру, где работные мужики возводили прочные стены. В окрестных кыштымских лесах звенели пилы, гремели топоры. В скалах ломали породу, громко о камень била кирка: грохот и шум стояли над землей и лесами. Перелетная птица - косяки гусей и уток - пролетала мимо, не садясь на озеро. - Шайтан пришел сюда! - сплюнул старик и махнул своим рукой: - Айда в горы! Никита засмеялся вслед башкирам. - Не уйдут и в горах не укроются, разыщу да в шахту спущу работать! Дай срок окрепнуть, доберусь и до вас... Кругом кипела работа: ставились первые домны. Клали из дикого камня, скрепляя белой огнеупорной глиной, облицовывали внутри горным камнем, который привозился издалека, от Точильной горы. Тяжелый труд достался