Евгений Федоров. Наследники -
86 >
среди народа и поторапливал: - Живей, живей, чумазые! Ух, какой холод! Башкиры клали тамгу и отходили... Отмахнул Демидов за один присест большой кус: по купчей крепости несведущие в делах башкиры уступили ему огромные пространства в шестьсот тысяч десятин за двести пятьдесят рублей ассигнациями. Отошли к цепкому заводчику богатые леса, многочисленные горные озера, изобильные рыбой и водоплавающей птицей. - Вот и свершилось, как я желал! - не удержался и похвастал Никита приказчику, когда разбрелись башкиры. - То еще не все, хозяин! - усомнился в простоте сделки Селезень. - Купчую эту надо в палате заверить, а как вдруг да жалоба! - Ну ты, оборотень, не каркай! - рассердился Демидов. - Завидуешь, верно, моей силе да проворству. - Завидую! - чистосердечно признался приказчик. И в самом деле одумались башкиры. Кто подучил их, никто не знал об этом. Видели в одном улусе попа, отца Савву. Дознался о том Демидов и сам наехал к нему. - Пошто башкирцев смущаешь, беглый поп? Гляди, худо будет! - пригрозил заводчик. Священник кротко поглядел на разгневанного Никиту Акинфиевича. - По-вашему, уговорить басурмана принять Христову веру - возмущение? - не злобясь, спросил священник. - Не юли предо мною! - разошелся Демидов, весь налился кровью. - Сквозь землю вижу, что мыслишь ты! - А коли видишь, действуй! - смело сказал Савва. - Ты вот мне еще слово брякни, не почту твой сан, плетью отхрястаю! - распалился гневом заводчик. - Попробуй! - угрюмо отозвался поп, и глаза его забегали по избе. Сметил Никита припасенные дрова у печки, а подле них топор. Злые поповские глаза, как палящий огонек, пробежали по нему. Заводчик мгновенно отрезвел и отступил от Саввы. "Колючий поп! - похвалил он про себя священника. - Такого батю не худо и к себе примануть!" В Кыштыме-сельце буянила вьюжистая зима. Избенки заметало сугробами, дороги и тропки пропали до вешних дней. Жил Никита Акинфиевич в Тагиле, в