Евгений Федоров. Наследники -
74 >
- Беглый! - нисколько не смущаясь, нагло ответил бродяга. - Откуда сбег? - дивясь наглому признанию, спросил Никита. - С Алтая сбег. Бергал [на Алтае в те времена рудокопов называли бергалами] я! - расправил широкую грудь черноглазый. - Так ты и с горным делом знаком? - удивленно спросил Демидов. - Как звать? - Ванька Селезень. Заводское дело ведомо мне, да с хозяевами не поладил. Вольных хлебов ищу! - отозвался он и потупился под горячим взглядом Юльки. - Н-да! - в раздумье промычал Демидов. - Вот что, беглый, где тебе счастье искать? Приходи на завод - работу дам! Полюбился ты мне, ухарь! Удальцов я люблю. - Что ж? - охотно отозвался бродяга. - Спешить некуда, женка и малые детки не ждут. Приду к тебе, хозяин... Бывай здорова, барынька! - поклонился он Юльке, сошел с дороги в лес и был таков... - Силен цыганище! - сплюнул вслед Перстень. - Такие люди с хода свою судьбу хапают... Демидов промолчал. Тройка свернула влево, экипаж тихо покатился вниз, к зеленой елани. Над понизью, над кустами уже тянулись сырые космы тумана; темнело. За темным бором догорала вечерняя заря... На другой день утром явился бродяга Иван Селезень, и Демидов сказал ему: - Служи верно и честно мне и никому боле! Запомни и прими для себя: я тебе буду царь и бог. Коли будешь предан, выведу в доверенные люди, приказчиком сделаю. Отныне ты останешься при мне. Бродяга поклонился, посулил: - Буду служить тебе честно и верно. Хватка у меня, хозяин, такая: коли по нраву человек - положу за него душу! - Любо! - похвалил Демидов. Яшке Широкову, главному управителю Тагильского завода, пришелец не понравился. Сухой, мрачноватый кержак не любил шумных и жизнерадостных людей, сторонился их. "Беспокойный больно! По всему видать - разбойник с большой дороги. Гулял с кистенем да на Демидова напоролся, а тот слюни и распустил", - раздумывал он. Отпустив Селезня, хозяин зазвал приказчика Яшку к себе в кабинет.