Евгений Федоров. Хозяин Каменных гор -
91 >
было в этой девушке. Холоп по-своему угадал причину появления Аленушки. "Господин обманул! Вот грех!" - подумал он, и ему сердечно стало жаль девушку. Боясь выдать свои чувства, он сурово сказал монашке: - Без спросу, милая, нельзя ломиться в чужой двор. Уж, право, не знаю, что и делать с тобой. Широко раскрытыми синими глазами Аленушка смотрела на Орелку: - Видать, не было у тебя в жизни горя! Так и знай: не сойду, пока не увижу Николая Никитича! - Батюшки! - огорченно вскрикнул Данилов. - Что ты делаешь со мною, монашеская душа! Только-только откупился от пристава за монастырский шум, а тут изволь, черная галка опять шасть в хоромы! Блудница! - поднял кулаки управитель. Орелка закрыл собою девушку: - Зря обижаешь духовное лицо, Павел Данилович! Она и сама подобру уйдет! Аленушка хотела что-то сказать, но вдруг всплеснула руками и рванулась вперед. - Николенька! - обрадованно закричала она. В распахнутые ворота на белом арабском скакуне тихим аллюром въехал Демидов. Аленушка подбежала к нему и крепко уцепилась за стремя. - Николенька, ой, Николенька! - тихо и жарко прошептала она, и мелкие слезинки брызнули из ее глаз. Адъютант смущенно слез с коня. Статный, в гвардейском мундире и в сверкающем кивере, он бережно взял ее за руку. - Уйдем отсюда, Аленушка. Тут народу много, неудобно! - краснея под взглядом Данилова, обронил он. Просиявшая, затихшая, она послушно пошла за ним. Демидов обернулся к Данилову и сказал властно: - Оставь нас! Управитель недовольно пожал плечами. - Помилуй, Николай Никитич! - взмолился он. - Сия чернорясница не к добру пришла. Известно, что у вас душа добрая, но только скажу вам, господин, что и рублики у нас не бросовые! - Пошел прочь! - багровея, оборвал его адъютант и провел Аленушку в хоромы. Массивная дубовая дверь захлопнулась перед самым носом Данилова. Николай Никитич усадил Аленушку в кресло и, удивленно разглядывая