Евгений Федоров. Хозяин Каменных гор -
68 >
- Совсем другое, ваше сиятельство, - осмелев, пояснил сержант; - Страшно стало, что больше не увижу вас. Прогоните за озорство! А то - страшнее смерти! - Ну, брат, молодец! - вставая с дивана, сказал Потемкин. - За монашку прощаю. Быль молодцу не укор. Только о сей черной курочке не выходило звонить на весь Санкт-Петербург! Экое кукареку задал, братец! - Винюсь! - склонил голову Николенька. - Повинную голову и меч не сечет! Поздравляю, братец, тебя своим адъютантом. Собирайся в путь, а пока поспеши в полк, непременно отдай последний визит командиру... Радость брызнула из глаз Николеньки, он схватил руку князя и жадно поцеловал ее. - На всю жизнь обязан вам! - восторженно воскликнул он. Потемкин улыбнулся и сказал: - Не думай, что избран ты по капризу! Ради рода твоего сие сотворил. Демидовы - народ крепкий, упорный - дубы! А такие мне на службе нужны. Прощай!.. Николенька откланялся и сияющий выбежал из покоев. Все кинулись к нему с расспросами, но он, отмахиваясь, бросил скороговоркой: - Извините, спешу, послан светлейшим... Он вихрем пронесся через приемную, галопом проскочил ступеньки крыльца и, влетев в карету, закричал кучеру: - Гони в лейб-гвардии Семеновский полк! Стоило Демидову явиться туда и поведать о своем назначении, как командир обнял его и расцеловал. - Желаю, господин сержант, удачи! Светлейший умен, деятелен, и вам, господин адъютант, улыбнулась фортуна. Он учтиво проводил Николеньку до приемной. Не чуя под собой ног, Демидов бросился к Свистунову. Сонный денщик подал гостю наспех написанную цидульку. "Демидов, - писал поручик, - извини, не буду дома два дня. Веду фортеции к новой твердыне. Дама черненькая, с пухлой губкой, одно слово - прелесть!" "А Грушенька? - подумал Николенька и тут же махнул рукой. - Для этой свой брат цыган дороже гвардейца!" У подъезда Демидову встретились знакомые однополчане, которых невзлюбил Свистунов. Завитые, раздушенные, затянутые в корсеты, они выглядели