Евгений Федорович Богданов. Черный соболь -
92 >
Соболь осторожно приблизился к кулемке, обследовал ее снаружи и заметил на
снегу несколько маленьких стружек. Они были свежие, пахли смолкой и железом
от ножа. Черный Соболь вспомнил о запахе, который он почуял возле лыжни, и в
нерешительности затаился перед ловушкой. Мясо рядом. Он различал между
кольями этот соблазнительный кусочек и с трудом удерживался от того, чтобы
проникнуть внутрь ловушки.
Незнакомые и неприятные запахи отпугивали его. Инстинктивно почуяв
опасность, Черный Соболь огромными прыжками ушел прочь и долго петлял по
лесу, путая свой след.
Отпугнул Черного Соболя не только запах стружек, а и нерпичьей кожи,
которой были подбиты лыжи Аверьяна и его товарищей. Кожа была плохо
выделана, и от нее пахло ворванью. Откуда было взяться нерпе в этих местах?
Неоткуда. Для соболя были привычны запахи собаки, лисицы, оленя и других
зверей, обитающих на Тазу-реке. Привкус нерпичьего сала был ему неведом и
потому отпугивал его.
Холмогорцы не догадались купить в Мангазее камуса -- кожи с шерстью,
снятой с оленьих ног, которой подбивали лыжи здешние охотники. Они
использовали нерпичью шкурку, захваченную из дому, и потому их преследовала
неудача: соболи редко попадались в их ловушки...
Жизнь в зимовье шла тихо и обособленно. Никто не приходил гостевать, не
справлялся, как устроились в чужедальних краях холмогорцы, каковы их радости
и печали. Места были довольно малолюдные, каждый промысловик в облюбованном
им урочище жил бирюком, заботясь лишь о том, чтобы кто-нибудь не помешал ему
охотиться.
Да и, по правде сказать, зимовье было упрятано в дремучем лесу -- ни с
какой стороны не видно и, не ведая о нем, без собаки не найдешь.
Снеговую воду поморы употребляли для разных хозяйственных надобностей,
а для приготовления пищи за водой ходили к реке, где у берега была пробита
прорубь. Чаще всего туда приходилось идти Гурию, поскольку он был моложе
