Евгений Федорович Богданов. Черный соболь -
87 >
которую били из лука, куницу, горностая. Случалось, что промышленник
запаздывал вовремя прийти домой, и Пыжьян находил обратный путь по следу.
Пес напал-таки на след лисицы, и Аверьяну удалось подстрелить ее, когда
она пересекала небольшую полянку, спасаясь бегством. Вечером артельщики
немало радовались, когда Бармин с гордым видом раскинул на лавке большую
рыжую огневку с пушистым роскошным хвостом.
Работы холмогорцам прибавилось: снимали со зверей шкурки, натягивали их
на правила.
Ободранные тушки скармливали Пыжьяну. Гурий не сразу догадался, что пса
закармливать нельзя. Он однажды дал ему мяса вволю -- трех белок и тушку
соболька. Когда пришло время Герасиму идти с собакой белковать, пес лежал на
боку перед устроенной для него норой без движения, вытянув лапы и тяжело
дыша. Живот у него вздулся.
Герасим напрасно пытался поднять собаку и заставить пойти за собой. Пес
не двигался, посматривал на Гостева страдальческим взглядом и виновато
молотил по снегу хвостом. Герасим вернулся в избу.
-- Кто в последний раз кормил пса? -- спросил он.
-- Я, -- отозвался Гурий. -- А что?
-- Обожрался Пыжьян. Того и гляди богу душу отдаст.
Охотники вышли на улицу, посмеялись над собакой и над Гурием, а потом
спохватились.
-- Издохнет ведь пес! Как промышлять без него? В Мангазею снова не
пойдешь. Дороги нету.
-- Ништо, отлежится, -- сказал немногословно Никифор, понимавший толк в
собаках.
Пес, к счастью, отлежался. Кормить его с тех пор стали с оглядкой.
*
* *
Мех соболей, которых иногда удавалось добыть холмогорцам, имел
коричнево-палевую окраску. По всей Западной Сибири от Урала до Оби селились
тобольские светлые соболя. По цвету шерсти к ним приближались только
зверьки, обитавшие когда-то в бассейне Печоры.
Разновидностей соболиного племени в обширных лесах от Урала до Тихого
океана было много. Каждая отличалась величиной и окраской шкурки, что