Изба-Читальня

44 >

добыл где-то порох и дробь и его наказывали за незаконную покупку.
     Тосана  ждал  на  крыльце,  переминаясь  с  ноги  на  ногу.  Но ему  не
открывали. Постучал снова, настойчивее,  сильнее. В сенях  послышались шаги.
Тосана сказал:
     -- Отопри! Это я, Тосана!
     Алена отодвинула засов и чуть приоткрыла дверь.
     -- Чего надо? Лаврентия нету дома. Ушел. Долго не придет. Не жди.
     -- Я  по делу!  --  Тосана, не мешкая, достал  и  развернул тряпицу,  в
которую были завернуты украшения. -- Вот,  смотри! Чистое серебро!  Надо мне
выменять пороху-свинца.
     -- Еще  чего! --  сердито бросила  Алена. --  Сказала  --  нет хозяина!
Уходи.  С тобой  беды наживешь! -- она с треском захлопнула дверь, взвизгнул
засов.
     Тосана  постоял  на   крыльце,  растерянно   глянул   по  сторонам   и,
догадавшись, что с ним больше не хотят  иметь дела, опустив голову, сошел  с
крыльца.
     Отойдя от избы, он остановился  в нерешительности. Больше обратиться за
помощью не к кому. Все другие  знакомства на посаде были у него  случайными,
неделовыми. Огневое зелье выменять не у кого. Да могут и снова забрать его в
съезжую  и растянуть на кобылке.  От неприятных  воспоминаний у  него заныла
спина, ее будто жгло огнем. Хмурый, удрученный неудачей, ненец пошел обратно
к стоянке.
     Вернувшись  домой,  он  лег на  шкуры и  молча, не поднимаясь, пролежал
целые сутки. С ним пытались заговорить Еване, Санэ, но он упрямо молчал.
     Через  сутки  Тосана  поднялся  и  велел женщинам свертывать чум. Семья
откочевала  в верховья Таза, где можно было  охотиться  и рыбачить вдали  от
русского города с хитрыми стрельцами и "огненной  водой", от которой сначала
человеку делается легко и весело, а потом он попадает в беду...

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

1

     Проливом Югорский Шар артельщики  шли на веслах. В первой паре весел --
Аверьян и Гурий, во второй -- Герасим и Никифор. На руле сидеть было некому,
и по команде Аверьяна меняли курс, сильнее работая левым или правым бортом.

Следующая

44 >