Евгений Федорович Богданов. Черный соболь -
26 >
богатства московских бояр. Соболиный мех украшал шапку Мономаха.
Предприимчивые русские промышленники упорно пробирались за "мягкой
рухлядью" на восток. Сбиваясь в артели, без карт, не зная местности, они шли
на поиски "новых землиц". По берегам рек, по главным направлениям
продвижения русских в Сибирь строились ясачные зимовья. Потекли пушные
богатства в государеву казну.
Мангазея -- детище соболиных промыслов, меховая вотчина русского
правительства на Тазу-реке, процветала, пока не оскудели на сотни верст
вокруг пушные промыслы. За соболем охотились безудержно, беспощадно, все,
начиная от ненцев и остяков и кончая русскими промышленниками, казаками,
стрельцами.
Соболята родились в начале апреля -- маленькие комочки с
дымчато-опаловым пушком. Мать еще с осени заботливо устлала дупло мягким
мхом, шерстью, сеном и перьями мелких птиц. К весне, когда уже передвигаться
ей стало тяжело, она обновила подстилку собранными поблизости шерстинками,
сухой прошлогодней травой и залегла в гнезде.
Родились соболята слепыми и глухими. Прозрели и обрели слух через
четыре недели. Два месяца Соболюшка кормила их молоком, а после стала
приносить детенышам из леса мышей-полевок, мелких птиц.
Когда Соболюшка приносила в дупло полузадушенную добычу, там
поднималась возня. Соболята, толкая друг друга и суетясь, ловили
обессилевшего мышонка или птицу с перебитым крылом. У маленьких зверят
начинал пробуждаться охотничий инстинкт, когда они выбирались из-под теплого
бока матери, и у нее начинало подсыхать молоко.
Наступил сорок пятый день с момента рождения. Пора соболятам выбираться
из гнезда. Соболюшка осторожно проверила, нет ли кого-либо поблизости, потом
вернулась к дуплу, заглянула в него. Урканьем подала сигнал. Соболята
зашевелились. Показалась пушистая с потемневшей шерсткой голова соболенка.
От яркого дневного света он зажмурился, потом раскрыл глаза, повел ушастой