Евгений Федорович Богданов. Лодейный кормщик -
6 >
-- "Сила"! -- пренебрежительно вздернул нос воевода. -- Что и говорить!
И полтыщи малолетних московских драгун тоже сила? К бою мало обучены, в
ратном деле не бывали!
-- Придется учить, и немедля, -- мягко, но настойчиво проговорил
Афанасий. -- И стрельцов, и драгун диспозиции обучать, на стены выводить,
чтобы всяк знал свое место в случае чего... Учить рукопашному да
абордажному1 бою! И суденышки на всякий случай держать под рукой, чтобы при
появлении неприятеля быть готовыми выйти навстречу. Вот что надобно, Алексей
Петрович! ____________ 1 Абордаж -- захват в рукопашном бою вражеского
судна.
Прозоровский задумался. Архиепископ говорил дельное. Чувствовал воевода
-- не зря к нему приставил царь Афанасия. Вздохнул: опять заботы! Черт бы
побрал и шведов и этого советчика в рясе. Ишь как рассуждает: божья милость
будет или нет, а драгун диспозиции обучать, суденышки держать под рукой,
абордаж... Ему бы не посох, а шпагу...
-- Всем ли дан указ в море не ходить? -- спросил Афанасий. --
Государеву волю следует исполнить немешкотно. Надо, чтобы рыбаки весла
сушили по избам.
-- На острова послана грамота. Во все монастыри тоже.
-- Так. А то выйдут на промысел -- и угодят шведу в лапы, да еще язык
развяжут под пыткой, и узнает неприятель слабости наши. Никак это допустить
не можно.
Повернули в проулок между угловой башней и таможенной избой. Назяблись,
пора и на покой.
Воевода решил:
-- С утра позову иноземных купцов. Возьму у них пушки.
Афанасий молча склонил седоватую голову.
Ннколо-Корельский монастырь, как и все монастыри в низовьях Двины,
будучи в близком соседстве с морем, жил большей частью за счет промыслов.
Ранней весной монастырские рыбаки шли на семужий и зверобойный промысел, а
после -- ловить треску и палтуса.
Рыбу сушили, солили и вялили про запас, а часть ее продавали в
Архангельске на своем подворье, не раз меченном пожарами, купцам и