Изба-Читальня

4 >

Всюду  разослали  из  Холмогор  воинские  отряды.  На  всех  берегах  трепал
стрелецкие кафтаны, беломорский ветер-свежак.
     С острова Мудьюг лоцманы, а  по-старинному,  по-поморски -- корабельные
вожи, в обязанности которых  входило встречать и провожать иноземных гостей,
были переведены на остров Марков. Оставлять лоцманскую службу -- лоцвахту --
в  отдаленном и  незащищенном  месте  было  рискованно. На Мудьюге жил  лишь
небольшой воинский караул.
     Прозоровский  и  Афанасий в  короткое  время  выполнили  большую  часть
распоряжений Петра. Обоих теперь тревожила охрана незащищенного города.

x x x

     Майским вечером воевода и архиепископ неторопливо шли по  берегу Двины.
Половодье  спало,  но  река оставалась  широкой,  многоводной,  и  даже  под
ослабевшим к  вечеру ветром-полудником по ней катилась зыбкая крупная волна.
У пристани стояли купеческие суда -- две лодьи, рыбачьи шняки и  карбасы. На
судах было пусто, одиноко маячили на палубах лодей только вахтенные.
     Пустынно было и на берегу. Возле амбаров и складов со смолой и канатами
не видно подвод, не слышно обычного галдежа извозчиков да приказчиков. Лишь,
позевывая, ходили сторожа с бердышами, ожидая смены.
     Прозоровский,  в кафтане  немецкого  покроя,  русской  собольей  шапке,
осторожно  ступал  шевровыми  сапогами  по дощатым  мосткам.  Мостовая  была
неровная, и воевода  боялся оступиться.  Афанасий важно постукивал по доскам
можжевеловым посохом с блестящим серебряным набалдашником, еле умещавшимся в
руке. Посох  был  крепок  и тяжел,  и хватка  у архиепископа была крепкой  и
надежной.  Иногда  Прозоровский  и Афанасий шли в ногу; рядом  со щегольским
шевровым сапогом  воеводы, сшитым впритирку, по  мерке,  опускался  простой,
грубоватый, начищенный до блеска  яловый сапог архиепископа. Из-под дорогого
кафтана  тонкого синего сукна  у Афанасия  виднелась черная  шелковая  ряса.
Архиепископ, пожалуй,  единственное духовное  лицо в России был брит. Не  из

Следующая

4 >