К.С.Бадигин. Чужие паруса -
63 >
приближался к саням большими прыжками.
-- Погоняй! Погоняй! Погоняй! -- не переставая, визжала обезумевшая от
страха Аграфена Петровна.
Поняв, что помощи ждать неоткуда, Наталья обрела решимость. Нашарив в
сене топор, она, не спуская глаз со страшного зверя, приготовилась
защищаться.
Распластавшись в погоне, волчья стая охватывала широким полукружьем
лошадей и сани. Загнанные лошади из последних сил бежали по глубокому снегу.
-- Миленькие, наддай! -- подбадривал ямщик, дергая поводьями. --
Миленькие, не выдай... Эх, родные, золотые! -- вопил он срывающимся голосом.
-- Погоняй! Погоняй! Погоняй! -- отчаянно раздавалось из саней.
Вожак, огромный матерый волк, настигнув сани, высоко подпрыгнул.
Наталья вскрикнула, не помня себя, ударила зверя в раскрытую дымящуюся
пасть; волк, кувырнувшись в воздухе, тяжело рухнул в снег. Голодные волки,
бежавшие сзади, тотчас окружили вожака и, словно сговорившись, дружно
бросились на раненого зверя. В ушах Наташи дико отзывалось грозное,
предсмертное рычание.
Остальные звери, обогнав сани, бросились на гнедую кобылку. Лошади
круто рванули в сторону. Сани с ходу зацепились за торчавший из снега пень,
затрещали и остановились. Рванувшись вперед, обезумевшая лошадь оборвала
постромки и вынесла ямщика из кольца волчьей стаи. Гнедой в яблоках жеребец
бился, издавая отчаянное ржанье, силясь освободиться от застрявших саней.
Грозно рыча, волки скопом обрушились на беззащитное животное.
-- Дурак, дурак, погоняй... погоняй... -- шептала старуха, раскрыв в
ужасе глаза.
Неожиданно раздалось четыре выстрела. Наталья видела, как два волка,
вцепившиеся в лошадиную шею, мешками свалились в снег... Видела она, как
огромная собака с лету сбила широкой грудью третьего волка.
Четверо мужиков в коротких малицах, гикая и размахивая руками, быстро
приближались к саням...