К.С.Бадигин. Чужие паруса -
47 >
-- На день кладено, на два растянуть можно -- вот и весь запас. Молись
да крестись -- тут тебе и аминь. -- Химков тяжело вздохнул.
-- Ну-к что ж, одно помни, -- посуровев, сказал Степан, -- доколе жив
человек, должна в нем надея жить. Другим чем пособить не можешь -- надею у
людей не губи.
Он повернулся и шагнул к мужикам. Сильный порыв ветра сбил его с ног.
-- Врешь, не умрешь, -- сказал он себе, поднимаясь, -- не умрешь,
Степан. Раз хочешь жить, не умрешь... Что, мужики, пригорюнились? -- очищая
лицо и бороду от налипшего снега, сказал он. -- На всякую беду страха не
наберешься. Ну-к что ж, юровщик наказал спать валиться. Рядком по два
ложись, один другому ноги в малицу для сугрева. Главное, не робь, --
подбадривал он.
Но стихая, целые сутки дул штормовой ветер. Сутки продолжалось
величественное шествие морских льдов в океан. Но вот стихло -- унялась
пурга, сквозь тучи проглянуло солнце.
Как ни присматривались зверобои на все четыре стороны -- вокруг один
измельченный лед. Куда делись огромные ледяные поля, покрытые искрящимся на
солнце снегом! Мелкий тертый лед, всплывшие разломанные подсовы1,
перемешанные с мокрым снегом, выглядят серо и грязно. Ежели случатся крепкие
морозы, они быстро скуют воедино это ледяное месиво, но ненадолго. Несколько
теплых дней -- и сморози снова распадутся на мелкие куски. ______________ 1
Обломки льда, образующие подводную часть тороса.
Округлая льдина, служившая убежищем зверобоям, была небольшая, поперек
едва двадцать сажен. После многих сжатий она, словно гривой, обросла ледяным
валом высотой в рост человека, превратившись в подобие котла.
Тоскливо было на душе мореходов. Голодные желудки ни минуты не давали
покоя. Люди берегли каждую крошку хлеба -- впереди маячила страшная голодная
смерть.
Крикнув Степана и старшего сына, Алексей Евстигнеевич перебрался через
ледяной забор на смерзшееся крошево. Поковырявшись в ледяных завалах,