Леонид Дайнеко. Меч князя Вячки -
78 >
гладкому небу. И вот начинает светлеть. Розовые лучи солнца зажгли небесный
мрак. И видит Добронега, что на огромной золотой туче стоит-плывет золотой
дворец. Не темный, не дубовый, как отчий, а золотой, ослепляющий блеском.
Ударился сокол белой грудью о золотую тучу, аж искры из тучи посыпались, и
превратился в высокого синеглазого юношу необыкновенной красоты. Крепко
обнял он правой рукой Добронегу, засмеялся, хотел поцеловать, да тут княжна
и проснулась.
Стояло серое зимнее утро. За слюдяным окном, плотно закрытым на зиму,
выла голодным волком вьюга. Опершись на локоть, Добронега окинула
нетерпеливым взглядом свою опочивальню, пол, кровать. Золотых соколиных
перьев нигде не было. Выл ветер за холодным слюдяным окном. Она грустно
вздохнула, позвала кормилицу:
- Параскева!
Служанки, молчаливые простоволосые девки, одели ее, заплели косу. Она
надела на шею желто-коричневые янтарные бусы, на тонкие запястья рук -
серебряные браслеты. Приказала служанке, и та принесла золотой веночек,
украшенный драгоценными камнями, - отцов подарок. Служанка, стоя на коленях,
держала в руках зеркало, остальные дохнуть не смели - смотрели, как их
хозяйка любуется собой. Вдруг тень набежала на светлый лик Добронеги, не
понравилось ей что-то в своем лице, и она ударила служанку по щеке. За
слюдяным окном несмело занималась заря.
С самого утра ожило, зашумело, загомонило Княжье сельцо. Бегала,
суетилась челядь с багровыми от мороза и хлопот лицами. Лаяли собаки, ржали
кони. Звенело железо. На всю зиму делал запасы князь Рогволод Свислочский,
надо было накупить всякого добра, чтоб хватило до самой весны, до чистой
теплой воды, когда поплывут по Свислочи и Березине караваны купеческих
стругов. Не жалел князь серебра, но каждую вещь, каждую амфору с вином,
каждый локоть заморской ткани ощупал собственными руками.
Среди этой суматохи только старейшина Нажир сохранял спокойствие. В