Леонид Дайнеко. Меч князя Вячки -
66 >
стукнет по лбу - как подскочит медведь, как заревет, как разозлится! Смех,
да и только.
Подошли к лесному ручью. Мирошка припал губами к струйке воды, напился.
Розовые лучи заходящего солнца мягко освещали полянку, на которой
остановились Яков и Мирошка.
По берегу шумливого ручья, продираясь сквозь заросли, добрались до
Свислочи. Множество бобров трудилось тут: спиливали деревца, сплавляли их
вниз по течению.
- Смотри, - вдруг зашептал Яков и рукой, в которой держал лук, показал
на реку. С противоположного берега сюда плыл челн. Светловолосый юноша, стоя
на левом колене, сильно и часто греб широким веслом. За спиной у юноши
сидели двое мужчин в высоких магерках из белой шерсти, настороженно
вглядываясь в приречный кустарник, где затаились Яков и Мирошка.
Челн врезался узким носом в шуршащую осоку. Незнакомцы выпрыгнули на
берег, воровато оглянулись, вытащили из челна труп человека и, ломая зеленый
камыш, проваливаясь по колено в болотную жижу, торопливо понесли его в глубь
леса. Гребец остался возле челна. Через несколько минут мужчины в белых
магерках вернулись, оставив труп в лесу. Челн понесся туда, откуда только
что приплыл.
Мертвый старик с большой лысой головой лежал на песчаном пригорке.
Зеленая муха ползала по морщинистой щеке. Стрела с обломанным оперением
торчала в груди.
- Кто его убил? - шепотом спросил Мирошка.
- Люди с того берега, - не сводя глаз со старика, тоже шепотом ответил
Яков. - Видал, они привезли труп сюда, на землю нашей общины. Они хотят,
чтобы наша община заплатила князю Рогволоду Свислочскому дикую виру. Бежим в
весь, Мирошка!
<Дикая вира! Дикая вира!> - понеслось по Горелой Веси после того,
как туда прибежали Яков с Мирошкой. Это были страшные слова. Столетние деды
вместе с малышами, только что научившимися ходить, услышав эти слова, крепче
запирали двери, с опаской поглядывая на потемневшие окна. Из окрестных лесов
и болот ползла в весь тревога, казалось, сам воздух был пронизан ею.