Леонид Дайнеко. Меч князя Вячки -
26 >
стал на колени. По старинному обычаю князь хотел попросить совета у предков.
Замирало сердце. В висках звенела кровь.
Порыв ветра ворвался в открытую дверь. Погасла свечка.
- Ты пришел, Всеслав? Я слышу тебя, - дрогнувшим голосом сказал Вячка.
Погасла вторая свеча.
- Ты видишь меня? Помоги. Освети мой разум и мой путь.
Погасла третья свеча.
- Благодарю тебя. Ты одобрил мое решение. Я знал, что будет именно так,
что ты поймешь меня. Наш разговор не могли подслушать чужие уши, ведь мы
говорили сердцами. Спасибо тебе, приснопамятный князь.
Легким шагом вышел Вячка из церкви. Ворон тревоги слетел с его души,
вольнее вздохнулось, будущее стало светлее и веселее. Сквозь сырой ночной
мрак он поспешил на городской вал, к своим воям. Сейчас он должен быть с
ними, только с ними.
- Рубон! - строго окликнули его из тьмы.
- Рубон! - ответил князь. - Кто на страже?
- Старший дружинник Мстибог со всем своим стягом. И стяг Холодка.
Вячке спустили лестницу, и он ловко взобрался на заборолы. На самом
верху земляного вала возле дубового частокола была выложена из камня узкая
тропинка - по ней ходили дозорные.
- Что слышно? - спросил Вячка у Мстибога, одетого поверх кольчуги в
лисий тулуп.
- Все спокойно, князь. Ветер и дождь идут с Двины. Ночь промозглая, и я
разрешил людям надеть тулупы. Прикажу и тебе принести.
- Не надо, - остановил его Вячка. - Говоришь, все спокойно? Ты,
Мстибог, спишь тут со своими воями. Только что в тереме поймали двух
псоголовых из Риги.
Мстибог, казалось, онемел. И не от страха - от удивления. Он считал
себя мудрым и зорким, как ночная сова, хвалился, что за несколько поприщ
может услышать свист стрелы.
- Князь, наверное, они были с крыльями и перелетели в город по воздуху,
- наконец проговорил он растерянным голосом. - Хорошо, что их хоть всего
двое.
- И один камень много горшков разбивает, - недовольно сказал Вячка.
Держась рукой за мокрые скользкие колья, он пошел по каменной тропинке,