Г.Андреев. Белый Бурхан -
51 >
прямой путь к могучей и древней вере. А пока хватит с него и того, что он
знает и еще узнает!
Разрушитель сансары, бог смерти Мара, злобный дух чревоугодия и
развлечений сделает все остальное без жреца Бонпо, если этот трусишка,
обжора и хлюпик не поймет святых символов огня, зашифрованных в кресте из
молний...
Чай еще не закипел, и Чочуш, не в силах совладать с самим собой и своим
аппетитом, нерешительно поднялся с камня:
- Пойду посмотрю коня.
Дугпа Мунхийн кивнул: он и сам хотел, чтобы парень отлучился и дал ему
возможность совершить жертвоприношение Агни Йоге и прошептать несколько
стихов из первой самхиты великих Вед...2
У Чочуша подгибались колени от страха, пока он шел к коню. Таким
кинжально-острым и каменно-тяжелым был взгляд дугпы, которым тот его
провожал. Чочуш уже понял, что попал в плен к колдуну, перед которым все
кермесы и дьельбегены - ничтожества. От голоса дугпы все обрывалось внутри,
а взгляд колдуна прожигал насквозь, и его можно было чувствовать даже здесь,
за каменным щитом скалы.
А Куулар в это время снял с огня закипевший чай, пригладил руками
пламя, заставил его вытянуться вверх сверкающим столбом, оторваться от
головешек, расплющиться и снова стрелой воткнуться в землю, чтобы получить
награды жреца - кости, куски жира и глоток золотистого божественного напитка
сомы, выплеснутого из плоской фляжки прямо в середину костра. Потом Куулар
поднял молитвенно сложенные ладони вверх и зашептал изменившему свой цвет
пламени:
- О великий и бессмертный Агни Йога! Твоя небесная кровь течет в моих
жилах, делая меня сильным и могущественным! Помоги мне расколоть горы и
свернуть пустыню, чтобы я мог облобызать священные ступени моего монастыря
Шаругене!
Едва Куулар развел ладони, как пламя костра вздрогнуло и погасло,
пустив серо-зеленые дымки, пахнущие полынью и перцем.
- Благодарю тебя, великий и бессмертный! Он сделал большой глоток из