Г.Андреев. Белый Бурхан -
27 >
оттопырил нижнюю губу, подумал с иронией. "Ну, твоего-то ума, балбес, и на
гулящую
девку не хватит!"
- Деньги бай посулил, - будто нечаянно обронил гость. - Большие и
отчаянные деньги! Из рук в руки
Матвеев еще раз просмотрел привезенную урядником бумагу, положил на
стол, аккуратно расправил:
- Может, отпишем ему, что этот Чачаков убит чинами полиции при погоне в
горах?
- Не поверит и денег не даст. Голову, скажет, покажите! Ежли узнаю в
лицо обидчика - плачу наличными, не узнаю - шиш.
- Значит, надо выдать головой? - Становой отбросил бумагу. - Знает вашу
методу! Все вы там, в Бийске, жулики и прохвосты!
- Метода у нас одна, ваше благородие...
- Ну-ну, без обид!.. Рыбин!
В дверях вырос рыжеусый детина. Вытянулся, головой в потолок уперся,
глазами начальство ест.
- Сходи за попом. Скажи, желаю видеть по делу, нетерпящему
отлагательства...
- Слушаюсь!
- Гм... Доставим, урядник, вашего беглеца!
- Через священника? - изумился тот.
- А это уже моя метода. Моя, а не ваша, бийская... Хе-хе!
- С попами мы общих дел не ведем, - согласился гость. - У нас там такой
вепрь сидит, что... Виноват!
- Напрасно, урядник. Иногда попы, как дамы, бывают весьма и весьма
приятны при должном обхожденьи... Хи-хи... Сейчас вы убедитесь в том
самолично... Только бы мой дурак Рыбин ребра ему не помял!
Рыбина Матвеев любил за исполнительность и тупую волю. ни кулаком, ни
нагайкой, ни шашкой не дрогнет, выполняя приказ. Золотой человек для такой
окаянной службы!
А вообще-то на свою службу становой возводил поклеп: она была тихой, не
пыльной и прибыльной. В самой России-то - бунты крестьянские да погромы
идут! От нагаек у чинов полиции руки ломит, от разносов по начальству голова
трещит... А здесь - благодать: татарва местная - ни гугу, а политические...
Что - политические? За них жандармы в ответе! Что же касаемо до крестьян
Минусинской котловины, то чего бы им бузить, кержакам? Земли у каждого -