Самид Агаев. Седьмой совершенный -
50 >
обеденного сна отправлялся на ежедневный доклад к халифу.
Когда Абу-л-Хасан со словами приветствия на устах вошел в приемный
покой, вазир сидел со страдальческим выражением на лице и держал у виска
мешочек, из которого капала жидкость, видимо там был лед.
- С прибытием тебя, Абу-л-Хасан. Рад видеть тебя целым и невредимым.
Какие вести ты привез? Только умоляю, не говори, что он опять ушел от тебя.
Абу-л-Хасан улыбнулся - вазир не собирался отчитывать его за вчерашнее.
- Убайдаллах арестован мной в Сиджильмасе и в настоящее время
содержится в темнице.
Вазир встал, обхватил руками катиба и поцеловал его в лоб.
- Дорогой ты мой! Ты не обманул моих ожиданий. Напишешь на мое имя
подробный отчет. Тебя ожидает награда, а от меня - тысяча динаров.
- На ваше или на имя халифа?
- Пиши на мое, а я напишу свой отчет халифу.
"И припишешь все заслуги себе", - подумал Абу-л-Хасан.
Вазир застонал, схватившись за голову, вернулся на свое место и поднес
мешочек к виску.
- Если бы ты знал, Абу-л-Хасан, как у меня болит голова. Ты думаешь, я
спал этой ночью? Ни одной минуты. Из-за стола - прямо сюда. А сколько вина
было выпито!
- В поимке Убайдаллаха участвовал один заключенный, смертник. Ему было
обещано помилование.
- За что он приговорен к смерти?
- За убийство налогового инспектора.
- Это будет сложно.
- Почему? Дело стоило того.
- Это так. Но налоги - основа благополучия государства. Вот если бы он
убил жену, допустим, из ревности.
- Можно представить так, что он убил его из ревности к своей жене, а
тот случайно оказался мутаккабилем.
- Ну что ж, это совсем меняет дело. Попробую. А ты иди сейчас ко мне в
канцелярию. На моем столе лежит бюджет. Его надо утвердить, и халиф поручил
мне проверить его. Посмотри его.
- Почему я, господин? Это по другому ведомству.
- Я знаю, но ты должен понимать, дело очень важное. Ну, кому, кроме
тебя я могу доверять? Сам подумай. Ты же работал в диване расходов.